— М-да, — с сомнением покачал головой Войцеховский. — Вопрос.

— А ты прикидывай. Ну что может быть?

— Да мало ли куда они после работы могли зайти. Тысячи дел у всех.

— Не-ет, милый мой, кое-что все же предположить можно, — усмехнулся Лосев, заканчивая курить и ища глазами, где бы загасить сигарету. — Вот одну версию я и хочу с тобой обсудить.

— Он наконец отыскал пепельницу на тумбочке возле графина и, приподнявшись, размял в ней окурок. Потом задумчиво спросил:

— А что, если они с поезда только что сошли, приехали откуда-нибудь, а?

— Вполне возможно.

— Во-от, — удовлетворенно произнес Виталий. — А с какого пригородного поезда они могли сойти? Ты погляди в расписание.

— Ну, давай поглядим.

Войцеховский поднялся с дивана, перегнулся через стол и, выдвинув верхний ящик, достал оттуда небольшую книжицу.

— Значит, так. — Он снова уселся на свое место и стал перелистывать страницы расписания. — Вот дальние…

— Дальние меня не интересуют, — сказал Лосев. — Из них пассажиры выходят с вещами. А тут один портфель на двоих.

— Зато, видать, ценный, если он его из рук не выпускал.

— Именно что, — с ударением подтвердил Лосев. — Там не смена белья и зубная щетка для дальней дороги. Там, скорей всего, бумаги, деньги, что-то вроде этого. Словом, ты прав, ценный портфель.

«Такой ценный, — подумал Лосев, — что, возможно, он за этот портфель жизнью заплатил».

— Так что дальние поезда отпадают, — решительно заключил Виталий. — Смотри пригородные.

— Что ж, посмотрим.

— Войцеховский снова принялся листать расписание.

— Так… так… — бормотал он. — Какие же тут прибыли около двадцати четырех?.. Вот, к примеру, из Нарова… в двадцать три тридцать семь… Подойдет? — Он посмотрел на Виталия.